Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:


Игры, игрушки, викторины, конкурсы, головоломки, развлечения, фокусы, сценарии праздников.

НОВОСТИ РУБРИК

Воспитательное значение игрушки

Содержание материала

1) О центральном значении развития творческих сил в деле воспитания. 2) Игрушка, как импульс детского творчества. 3) Игрушка, как средство развития в ребёнке эстетического чувства, наблюдательности, внимания, пытливости и охоты к труду. 4) Игрушка, как учебное пособие. 5) Игрушка, как связь детской души с душой народной. 6) Значение игрушки для воспитателей, как материала для изучения способностей, склонностей и типа душевного развития ребенка. 7) Несколько слов о литературе вопроса.
 

Дитя есть первое движение, произвольно катящееся колесо, новое начинание, святое утверждение.
Ницше

I. О центральном значении развития творческих сил в деле воспитания

Человек, поскольку он заслуживает носить это название, поскольку он новая ступень в лестнице своих животных собратьев, — прежде всего творец, и лишь степень и оттенки его творчества определяют то, что мы называем человеческой личностью.
В животном царстве торжествует закон Ветхого завета: плодитесь, размножайтесь и населяйте землю, с дарвиновским прибавлением: перегрызая горло друг другу, — что называется борьбой за существование.
Человеческое в истории человека начинается новым законом — законом стремление к бесконечному совершенству. И для выполнения этого закона человеку отпущены силы, количество и качество которых еще никем не измерено.

Кукла Орловской губ., сделанная из тряпочек. Из коллекции Румянцевского музея. Рис. Н. Бартрам.

Человек в сущности недавно стал человеком и во взрослой жизни своей мало пользуется своими новыми чудесными свойствами, довольствуясь древними привычными указками инстинкта и стадного подражания.
А между тем каждое человеческое дитя рождается с обязанностью самому сотворить свой мир. Каждый, кто не рожден идиотом, живет в детстве жизнью гения и затрачивает огромные усилие ума, фантазии, воли к творчеству, чтобы связать и осмыслить, как целое, те непонятные, многообразные вещи, которые теснятся вокруг него тысячами неотступных загадок. Из звуков, красок, из холода, тепла и боли в какие-нибудь четыре-пять лет дитя создает по- своему целую концепцию мира, в котором к тому времени есть уже свое искусство, своя философия и своя религия. Не нужно прибавлять, что все это в зачатках, в крошечных ростках, в намеках на то, чем это может быть. Но зато ростки эти, несмотря на свою микроскопичность, всегда носят печать индивидуальности, всегда особенные, интимные, не повторяемые в своей физиономии. Что же делается потом с этими ростками? Какой жестокий закон косности и стадности уравнивает целые мириады их под общий шаблон, сводящийся к прекращению душевного роста, к имитации душевного развития по тому или другому заготовленному историей образцу? Отчего столь немногие сберегают неугашенным очаг творческой жизни своего духа? Не оттого ли, что в огромном большинстве своем люди не понимают центрального и священного значения этого очага в человеческой жизни?
Но оставим в стороне ту часть этого вопроса, которая касается жизненных путей взрослого человека, взрослой обломовщины духа и медленного или быстрого заволакивания образа и подобия Божия тиной быта, борьбой за жизнь, интересами минуты.
Остановимся на отношении взрослых к их детям и постараемся выяснить, много ли делается в современной педагогии, домашней и школьной, для того, чтобы вложенная в ребенка искра творческого огня разгорелась в пламя, освещающее и согревающее не только его детство, но и всю последующую жизнь.
Там, где отсутствует всякое предумышленное воспитание, — в крестьянской, в мещанской среде, где воспитывают детей поле, сад, животные и общество других детей,—дело обстоит несравненно лучше, чем в средних и так называемых «высших», т.е., вообще, в «интеллигентных» классах.
Вопрос о всей сумме причин такого странного положения дел в верхних слоях культуры выходит за пределы задачи настоящей статьи. Мы коснемся здесь лишь одной из причин нашей бедности духовной — той именно причины, которая лежит в уродливо поставленном деле воспитания.
У ребенка городской интеллигентской среды гораздо меньше, чем в крестьянской и мещанской среде, гораздо меньше, чем в старину у фонвизиновских героев, возможностей самостоятельно и свободно развить свои природные дары. Все так приготовлено здесь задолго до его рождения, что каждый день детской жизни становится днем постепенного формирование детской натуры по общему для всех образцу. Нужно иметь исключительную силу самоопределения и сопротивления, чтобы вынести живой живую душу из этих ступок, колб и реторт, в какие она попадает, начиная с детского сада, гувернанток с их бездушной дисциплиной, потом гимназии с её ранжиром.
К счастью, прирожденные особенности человека — интеллекта, воли и эмоциональной сферы — представляют собой нечто в высшей степени устойчивое и лишь через воздействие этического и религиозного развития поддающееся некоторым изменениям. Мы можем проверить это на бесчисленном количестве примеров, когда дети одной семьи, близкие друг другу по возрасту, при совершенно одинаковых условиях воспитания, вырастают ничем не похожими друг на друга по складу ума и характера, нередко даже диаметрально расходящимися во вкусах и интересах идейного порядка, казалось бы, всецело зависящего от той общей атмосферы интересов и вкусов, в какой дети воспитывались.
В этих областях педагогическая рутина не в состоянии принести, по нашему мнению, большого вреда. От природы сильный, умный и чуткий ребенок вынесет целыми характер, волю и душевную чуткость (изменив лишь направление их) из какой угодно педагогической муштровки, равно как и из самой темной среды. Но та нежная почка творческого отношения к миру, что расцветает на самой вершине дерева, для которой, может быть, и самое то дерево начало жить, гибнет очень рано при отсутствии необходимых для неё условий.
Как и для всего нежного и сложного, для неё необходимо большое количество и большая определенность наличных условий для развития. Еловое семечко вырастает на камне. А для того, чтобы расцвела роза особой утонченно-изящной формы, с особенным индивидуальным ароматом и оттенком окраски, нужна такая сумма условий естественных и искусственных, расстроив которую можно совсем не получить никакого цветка.
То же и с детским творчеством происходит.
И только самые могучие ростки его в силах пробиться сквозь все мертвое и ядовитое, чем окружены сплошь и рядом детские души в семье и школе.
Из общей суммы условий, нужных для развития творческих сил ребенка, необходимо выдвинуть два условия, без которых не может совершаться душевный рост ни взрослого человека, ни ребенка. Эти два условия — свобода и самостоятельность — то же для человеческой души, что воздух и свет для растения. Без них она глохнет, мертвеет и живет призрачной жизнью (иногда целые годы и десятилетия), ничего не определяя в человеческом «я», которое сводится к бледному воспоминанию ничем не связанных моментов ощущений, страстей, мыслей и чувств и к слепой цепкости за жизнь во внешних ценностях её и в простейших ощущениях, как за единственно доступную.
Такой процесс омертвение души совершается иногда в очень раннем детстве, — и особенно в школе, среди четырнадцатилетних, пятнадцатилетних подростков, легко собрать целый букет таких цветов, которые уже обессилены и мертвы в венчике своего духовного творчества и никогда не дадут плодов.
Это не значит, конечно, что эти обеспложенные души при другом уходе за ними явили бы миру целые легионы Праксителей, Шекспиров, Рафаэлей. Но каждая из этих былинок в своем доступном ей творческом подъеме дала бы цвет и плод и сама бы жила живою жизнью, а не как граммофон или искусно сделанный автомат, и все они вместе преобразили бы косное лицо мира в живое и обвеянное общим стремлением к высшим формам жизни.
Спасти это живое зерно души, дар творчества, каким человек уподобляется Творцу, не есть ли основная и великая задача воспитания? Во имя этой задачи многое не только в детской и классной комнате, но и в обиходе взрослых должно пережить великие реформы. С обихода самих воспитателей, может быть, их и следовало бы начать, но и в пределах детского мира возможно начертать такие пути развития ребенка, где он найдет себя самого, вместо прописей и гипсов, с которых ему приходится копировать и методы восприятие и содержание своей психической жизни.

You have no rights to post comments

НОВОСТИ РУБРИК

Яндекс.Метрика